nemets
05-04-2007, 04:03 AM
I am kind of fan of persian culture and of course persian cuisine, but I have never been to Iran.
A friend of mine often travel to Iran and tells different stories about Iran, sometimes even ridiculous. Today I found one travel article in internet. Although I do not like www.kp.ru, but it reminds me the stories of my friend. :)
http://www.kp.ru/daily/23896/66812/
Наш корреспондент Дарья АСЛАМОВА познакомилась с тайной жизнью самой закрытой мусульманской страны
Угадайте, что можно пить в аэропорту Тегерана в два часа ночи? Газированное кислое молоко! Но это после прощальной вечеринки с кампари и водкой «Столичная» в одном из частных домов иранской столицы (за употребление алкоголя, если не ошибаюсь, здесь полагается «всего» 70 ударов плетью). И в этом весь Тегеран - огромный, внешне безликий мусульманский мегаполис с его двойной жизнью, полной секретов, козней, шепота, скрытой деятельности. Воинственно набожный снаружи и тайно легкомысленный внутри. Один из самых безопасных городов мира, где можно спокойно гулять по ночам (что-то вроде Советского Союза 60-х годов или Багдада времен Саддама Хусейна). Странный некрасивый город, очаровавший меня своей двусмысленностью, где частит пульс могущественной и нервной державы под названием Иран.
Тегеран-2007: Борьба за красоту
Первое, что вас поражает в этом уродливом городе, - красота людей. Иногда они не просто красивы, а катастрофично красивы. Жгучие мужчины с безупречными чертами лица и приторными улыбками. Женщины с мягкими глазами газелий, точеными носиками и сладкими кошачьими ртами. Вы видите такие лица и такие фигуры, которые в любой западной столице составили бы состояние своим обладательницам. У вас перехватывает дыхание от удивления, но вы чуете подвох. Весь этот длинный ряд правильных носов объясняется... пластическими операциями.
Персы помешаны на красоте - и мужчины, и женщины. По городу толпами разгуливают молодые люди с пластырями на носах. Перед свадьбой считается признаком хорошего тона что-нибудь улучшить у себя в лице или фигуре. Хирургия здесь дешева и сердита. Носы поставлены на поток и обходятся всего в 500 долларов. За последние годы Тегеран приобрел славу мировой столицы пластической хирургии. Сюда слетаются со всех концов земли, чтобы за пару тысяч долларов сделать из себя полное совершенство.
«Люди как будто сошли с ума! - говорит Зохре, персидская красавица с иссиня-черными волосами до колен (!). - У нашего зеленщика три сына, он пожалел деньги на их образование, но в прошлом году переделал всем троим носы».
«Если б не моя жена, я бы забыл, как выглядят настоящие персиянки, - вступает в разговор муж Зохре Бабак. - В городе одни блондинки и рыжие с курносыми носами (местный шик!) и голубыми и зелеными линзами глаз». «При этом они разговаривают тоненькими, жеманными голосами, как будто во рту у них леденец, - смеется Зохре. - О чем они говорят? О пластике, конечно. Считается престижным до замужества сделать две или три операции, потом после родов довести фигуру до совершенства и так до старости, пока это не перерастает в манию».
«Все это объяснимо, - говорит преподавательница университета госпожа Парасту В. - Когда фигуру принято скрывать, все внимание сосредоточивается на лице. Каждая уважающая себя иранка тратит в день около полутора часов на макияж. Недавно одна моя студентка пришла с пластырем на носу. «Что, и ты сделала операцию?» - удивилась я. «Нет, - отвечает она. - У меня просто вскочил прыщ на носу, и я его заклеила. Пусть все думают, что операция: так престижнее». Они не боятся ни боли, ни последствий, ложась под нож. Как здесь говорят: «Убей меня, но сделай красивой!»
Культ красоты касается всех сфер жизни и даже политики. Главное, что иранцы не могут простить своему президенту Ахмадинежаду, - это (только не смейтесь!)... его маленький рост и некрасивую внешность. По Тегерану гуляет бесконечное количество неприличных анекдотов об Ахмадинежаде. «Его внешность оскорбляет эстетическое чувство персов, - говорит госпожа Парасту В. - Иностранцам это сложно понять. Зато он блестящий популист, сыпет словами, точно бисером. У него красивая речь. Жаль, что вы не понимаете фарси. Он говорит без остановки, как Фидель Кастро, но так доходчиво и просто, что вы невольно с ним соглашаетесь. И все же его победа оказалась для всех полной неожиданностью. Это было типичное протестное голосование. Люди голосовали не ЗА Ахмадинежада, а ПРОТИВ бывшего президента Рафсанджани, заподозренного в коррупции. Большая часть среднего класса и интеллигенция вообще не пришли на выборы. В результате победил Ахмадинежад, пообещавший бедным слоям населения новые рабочие места, перераспределение доходов от нефти, короче, каждой семье - кусок нефтяного пирога. Помню, утром после выборов я пошла в магазин. Два покупателя внимательно рассматривали газеты с портретом нового президента. «А костюм-то ему велик», - заметил один. Другой тут же откликнулся: «Да ему и пост велик».
Новые иранцы. Кто они?
В знаменитое тегеранское кафе «Джам-э-Джам» меня привел один мой приятель, желавший показать «Новый Иран». Это самое бойкое место в городе, место знакомств и свиданий, где по вечерам яблоку негде упасть. Зрелище и впрямь ослепительное. По двум этажам элегантного заведения снует красочная, расфранченная, пестрая, переливающаяся всеми цветами радуги «золотая» молодежь. Парни, яркие, как павлины, с модно взбитыми, гелевыми волосами и увешанные цепями, выглядят не хуже лондонских диджеев. У девушек традиционные мусульманские пальто украшены вышивками, блестками, кружевами и золотым позументом, разноцветные хиджабы едва прикрывают экзотические прически и тонкие шеи. А ведь еще пять лет назад по случайно обнаженной шее какой-нибудь смелой красотки уличный радикал мог ударить наотмашь ребром ладони.
Я достаю камеру, но ко мне тут же подходит менеджер. Здесь нельзя фотографировать, с них уже хватит неприятностей, объясняет он. Пару лет назад фотографии из кафе даже вызвали скандал в парламенте. Увидев, как живет и развлекается иранская молодежь, депутаты с криками «Как мы дошли до жизни такой!», «Какой позор и разврат!» схватились за головы. Пошумели-пошумели да утихли.
Мы с моим приятелем с трудом находим столик по соседству с парочкой семнадцатилетних школьников. Очень милые ребята, легко вступают с нами в разговор на превосходном английском. От «западных» сверстников их отличают только безупречные манеры и тихие голоса. У девушки на голове странная накидка из вязаных цветов. «Это я так выкрутилась, - смеется она. - Не люблю «магнаэ» (так здесь называют хиджаб. - Д. А.), хотя в школе приходится надевать». На мой вопрос, как же мама разрешает ей выходить с парнем вечером, девушка отвечает: «Это зависит от семейного уклада - традиционного или светского. Моя мама - современный человек, у меня нет проблем. Так живут, я думаю, 40% жителей Тегерана».
Время близится к полуночи, градус жизни в кафе поднимается все выше, но наши юные соседи не торопятся домой. Вокруг нас шепчутся, тайком целуются и предаются самому рискованному флирту. Трудно представить, что все происходит в одной из самых консервативных мусульманских стран. На выходе из кафе - пробка из дорогих машин. Парни задирают девчонок, а те отвечают им с такой непринужденной смелостью, что у любого аятоллы встала бы дыбом седая борода.
«В этой стране молодым, в сущности, негде развлекаться и нечем снимать стресс, - говорит журналист Мазиар. - Здесь нет дискотек, нет баров, где можно выпить пива. Раз нет алкоголя, на смену ему приходят наркотики. И это одна из самых страшных проблем Ирана». За сутки, по неофициальным подсчетам, Тегеран употребляет до пяти тонн наркотиков, легкодоступных на каждой улице и немыслимо дешевых. Доза героина низкого качества - три доллара. Здесь можно купить все - от гашиша и опиума до кокаина, экстази и амфетамина. Тегеран иногда называют мусульманским Амстердамом.
«Мы живем на границе с Афганистаном и Пакистаном, главными производителями и поставщиками наркотиков, - говорит доктор Араш Алаэи, один из главных участников масштабного государственного проекта по борьбе с наркоманией. - Потому и героин, и опиум так дешевы. Но мы не стали закрывать глаза, когда столкнулись с проблемой лицом к лицу. Уже три года по всей стране открываются специальные центры, где любой наркоман, желающий излечиться, может бесплатно получить метадон - специальный наркотик, убивающий боль». «Но разве нельзя подсесть на метадон?» - спрашиваю я. «Можно, но это более безопасный наркотик, не столь сильно разрушающий организм. Ведь, когда мы болеем, мы тоже принимаем обезболивающее. У вас в России, я знаю, метадон не разрешен».
Из Афганистана через Иран, потом в Ирак и Курдистан проходит главный наркотический трафик в Европу. Между Ираком и Ираном, в сущности, граница нарисована на песке. Ее пересекают без виз и какого-либо пограничного контроля. В Ирак уходят опиум, героин и, как уверяют американские спецслужбы, оружие, из Ирака в Иран контрабандисты доставляют алкоголь.
A friend of mine often travel to Iran and tells different stories about Iran, sometimes even ridiculous. Today I found one travel article in internet. Although I do not like www.kp.ru, but it reminds me the stories of my friend. :)
http://www.kp.ru/daily/23896/66812/
Наш корреспондент Дарья АСЛАМОВА познакомилась с тайной жизнью самой закрытой мусульманской страны
Угадайте, что можно пить в аэропорту Тегерана в два часа ночи? Газированное кислое молоко! Но это после прощальной вечеринки с кампари и водкой «Столичная» в одном из частных домов иранской столицы (за употребление алкоголя, если не ошибаюсь, здесь полагается «всего» 70 ударов плетью). И в этом весь Тегеран - огромный, внешне безликий мусульманский мегаполис с его двойной жизнью, полной секретов, козней, шепота, скрытой деятельности. Воинственно набожный снаружи и тайно легкомысленный внутри. Один из самых безопасных городов мира, где можно спокойно гулять по ночам (что-то вроде Советского Союза 60-х годов или Багдада времен Саддама Хусейна). Странный некрасивый город, очаровавший меня своей двусмысленностью, где частит пульс могущественной и нервной державы под названием Иран.
Тегеран-2007: Борьба за красоту
Первое, что вас поражает в этом уродливом городе, - красота людей. Иногда они не просто красивы, а катастрофично красивы. Жгучие мужчины с безупречными чертами лица и приторными улыбками. Женщины с мягкими глазами газелий, точеными носиками и сладкими кошачьими ртами. Вы видите такие лица и такие фигуры, которые в любой западной столице составили бы состояние своим обладательницам. У вас перехватывает дыхание от удивления, но вы чуете подвох. Весь этот длинный ряд правильных носов объясняется... пластическими операциями.
Персы помешаны на красоте - и мужчины, и женщины. По городу толпами разгуливают молодые люди с пластырями на носах. Перед свадьбой считается признаком хорошего тона что-нибудь улучшить у себя в лице или фигуре. Хирургия здесь дешева и сердита. Носы поставлены на поток и обходятся всего в 500 долларов. За последние годы Тегеран приобрел славу мировой столицы пластической хирургии. Сюда слетаются со всех концов земли, чтобы за пару тысяч долларов сделать из себя полное совершенство.
«Люди как будто сошли с ума! - говорит Зохре, персидская красавица с иссиня-черными волосами до колен (!). - У нашего зеленщика три сына, он пожалел деньги на их образование, но в прошлом году переделал всем троим носы».
«Если б не моя жена, я бы забыл, как выглядят настоящие персиянки, - вступает в разговор муж Зохре Бабак. - В городе одни блондинки и рыжие с курносыми носами (местный шик!) и голубыми и зелеными линзами глаз». «При этом они разговаривают тоненькими, жеманными голосами, как будто во рту у них леденец, - смеется Зохре. - О чем они говорят? О пластике, конечно. Считается престижным до замужества сделать две или три операции, потом после родов довести фигуру до совершенства и так до старости, пока это не перерастает в манию».
«Все это объяснимо, - говорит преподавательница университета госпожа Парасту В. - Когда фигуру принято скрывать, все внимание сосредоточивается на лице. Каждая уважающая себя иранка тратит в день около полутора часов на макияж. Недавно одна моя студентка пришла с пластырем на носу. «Что, и ты сделала операцию?» - удивилась я. «Нет, - отвечает она. - У меня просто вскочил прыщ на носу, и я его заклеила. Пусть все думают, что операция: так престижнее». Они не боятся ни боли, ни последствий, ложась под нож. Как здесь говорят: «Убей меня, но сделай красивой!»
Культ красоты касается всех сфер жизни и даже политики. Главное, что иранцы не могут простить своему президенту Ахмадинежаду, - это (только не смейтесь!)... его маленький рост и некрасивую внешность. По Тегерану гуляет бесконечное количество неприличных анекдотов об Ахмадинежаде. «Его внешность оскорбляет эстетическое чувство персов, - говорит госпожа Парасту В. - Иностранцам это сложно понять. Зато он блестящий популист, сыпет словами, точно бисером. У него красивая речь. Жаль, что вы не понимаете фарси. Он говорит без остановки, как Фидель Кастро, но так доходчиво и просто, что вы невольно с ним соглашаетесь. И все же его победа оказалась для всех полной неожиданностью. Это было типичное протестное голосование. Люди голосовали не ЗА Ахмадинежада, а ПРОТИВ бывшего президента Рафсанджани, заподозренного в коррупции. Большая часть среднего класса и интеллигенция вообще не пришли на выборы. В результате победил Ахмадинежад, пообещавший бедным слоям населения новые рабочие места, перераспределение доходов от нефти, короче, каждой семье - кусок нефтяного пирога. Помню, утром после выборов я пошла в магазин. Два покупателя внимательно рассматривали газеты с портретом нового президента. «А костюм-то ему велик», - заметил один. Другой тут же откликнулся: «Да ему и пост велик».
Новые иранцы. Кто они?
В знаменитое тегеранское кафе «Джам-э-Джам» меня привел один мой приятель, желавший показать «Новый Иран». Это самое бойкое место в городе, место знакомств и свиданий, где по вечерам яблоку негде упасть. Зрелище и впрямь ослепительное. По двум этажам элегантного заведения снует красочная, расфранченная, пестрая, переливающаяся всеми цветами радуги «золотая» молодежь. Парни, яркие, как павлины, с модно взбитыми, гелевыми волосами и увешанные цепями, выглядят не хуже лондонских диджеев. У девушек традиционные мусульманские пальто украшены вышивками, блестками, кружевами и золотым позументом, разноцветные хиджабы едва прикрывают экзотические прически и тонкие шеи. А ведь еще пять лет назад по случайно обнаженной шее какой-нибудь смелой красотки уличный радикал мог ударить наотмашь ребром ладони.
Я достаю камеру, но ко мне тут же подходит менеджер. Здесь нельзя фотографировать, с них уже хватит неприятностей, объясняет он. Пару лет назад фотографии из кафе даже вызвали скандал в парламенте. Увидев, как живет и развлекается иранская молодежь, депутаты с криками «Как мы дошли до жизни такой!», «Какой позор и разврат!» схватились за головы. Пошумели-пошумели да утихли.
Мы с моим приятелем с трудом находим столик по соседству с парочкой семнадцатилетних школьников. Очень милые ребята, легко вступают с нами в разговор на превосходном английском. От «западных» сверстников их отличают только безупречные манеры и тихие голоса. У девушки на голове странная накидка из вязаных цветов. «Это я так выкрутилась, - смеется она. - Не люблю «магнаэ» (так здесь называют хиджаб. - Д. А.), хотя в школе приходится надевать». На мой вопрос, как же мама разрешает ей выходить с парнем вечером, девушка отвечает: «Это зависит от семейного уклада - традиционного или светского. Моя мама - современный человек, у меня нет проблем. Так живут, я думаю, 40% жителей Тегерана».
Время близится к полуночи, градус жизни в кафе поднимается все выше, но наши юные соседи не торопятся домой. Вокруг нас шепчутся, тайком целуются и предаются самому рискованному флирту. Трудно представить, что все происходит в одной из самых консервативных мусульманских стран. На выходе из кафе - пробка из дорогих машин. Парни задирают девчонок, а те отвечают им с такой непринужденной смелостью, что у любого аятоллы встала бы дыбом седая борода.
«В этой стране молодым, в сущности, негде развлекаться и нечем снимать стресс, - говорит журналист Мазиар. - Здесь нет дискотек, нет баров, где можно выпить пива. Раз нет алкоголя, на смену ему приходят наркотики. И это одна из самых страшных проблем Ирана». За сутки, по неофициальным подсчетам, Тегеран употребляет до пяти тонн наркотиков, легкодоступных на каждой улице и немыслимо дешевых. Доза героина низкого качества - три доллара. Здесь можно купить все - от гашиша и опиума до кокаина, экстази и амфетамина. Тегеран иногда называют мусульманским Амстердамом.
«Мы живем на границе с Афганистаном и Пакистаном, главными производителями и поставщиками наркотиков, - говорит доктор Араш Алаэи, один из главных участников масштабного государственного проекта по борьбе с наркоманией. - Потому и героин, и опиум так дешевы. Но мы не стали закрывать глаза, когда столкнулись с проблемой лицом к лицу. Уже три года по всей стране открываются специальные центры, где любой наркоман, желающий излечиться, может бесплатно получить метадон - специальный наркотик, убивающий боль». «Но разве нельзя подсесть на метадон?» - спрашиваю я. «Можно, но это более безопасный наркотик, не столь сильно разрушающий организм. Ведь, когда мы болеем, мы тоже принимаем обезболивающее. У вас в России, я знаю, метадон не разрешен».
Из Афганистана через Иран, потом в Ирак и Курдистан проходит главный наркотический трафик в Европу. Между Ираком и Ираном, в сущности, граница нарисована на песке. Ее пересекают без виз и какого-либо пограничного контроля. В Ирак уходят опиум, героин и, как уверяют американские спецслужбы, оружие, из Ирака в Иран контрабандисты доставляют алкоголь.